Страница 1 из 50
Алексей Калугин
Мечта на поражение
Цикл: "S.T.A.L.K.E.R. - 8"
Глава 1
Счастье для всех сталкеров одинаково. Сделал ходку в Зону, удачно миновав ловушки - счастье. Не попался на зуб вконец сбрендившему монстру - снова сча-стье. Набил полный контейнер бирюльками, за которые барыги, в Зоне осевшие, готовы тебе карманы тугриками набить - счастье вдвойне. Ну, а коли еще после этого целым, с руками и ногами, и соображалкой работающей из Зоны выбрался - великое счастье. Зона далеко не каждого принимает, а уж отпускает - и того реже.
А вот несчастье у каждого свое. Потому что изобретательна Зона на всякие мерзости да пакости. И для каждого у нее свой сюрприз имеется. Особенный. На другие не похожий. Зона - она повторяться не любит. Одного она напугает до смерти, но после все равно отпустит. А другого пришибет там, где до него де-сятки, а то и сотни прошли, даже не споткнувшись. И после будут идти и ди-виться - это ж надо, на ровном месте…
Сталкер по прозвищу Гупи знал, что такое счастье. Он уже пятый год ходил в Зону, и до сих пор оставался жив-здоров. А вот в удачу он не верил. Он был зна-ком со многими молодцами, свято верившими в свою удачу, которых Зона пере-жевала, проглотила и даже костей не выплюнула. Гупи точно знал, если хочешь остаться живым в Зоне, полагаться нужно не на везение или удачу, а на точное знание местности и повадок тварей, на ней обитающих. А самое главное - доверяй лишь себе одному. Ведь, как ни крути, для каждого человека самая боль-шая ценность - его собственная шкура. Он может совершенно искренне клясться в вечной дружбе и собачьей верности, но, когда смерть за горло схватит, вмиг обо всем забудет. И только одна мысль будет направлять все его действия: Жить хочется! Ой, как хочется! Так хочется, что любому глотку перерву!
Помня об этом, Гупи всегда ходил в Зону один.
Может быть, поэтому и жив до сих пор оставался.
Он не присоединился ни к одному из сталкерских кланов - хотя знакомые у него среди ветеранов имелись и даже предложения поступали, - и никогда не брал с собой «отмычек» - начинающих сталкеров, которых на скользкой тро-пинке можно впереди себя пустить. Точно так же отказывался Гупи работать проводником у любителей экстремального туризма, лезущих в Зону, чтобы нервы себе пощекотать. Даже если маршрут был несложный, а деньги предлага-ли хорошие. Он и заказы у барыг не брал. Просто шел в Зону сразу после очеред-ного выброса, забирался в такие места, куда не всякий сунется, набивал пол-ный контейнер бирюлек, а, вернувшись, сбывал товар, кому придется. При этом цену своим бирюлькам Гупи знал и торговаться не любил. Ежели барыга отка-зывался заплатить правильную, по мнению сталкера, сумму, он молча забирал товар и шел к другому. А сбыв бирюльки, исчезал куда-то на месяц-другой.
Ни в пьянстве, ни в разврате Гупи замечен не был. Деньгами сорить привыч-ки не имел. Играть, даже по маленькой, не садился. Если и заходил в какой из баров, облюбованных сталкерами, так только по делу - оружие, амуницию или флэшку со свежей картой прикупить.
…Откуда он взялся - никто не знает. И мало осталось тех, кто помнит, как Гупи впервые завалился в бар к Крысу. В растоптанных кирзовых сапогах, в широченных солдатских штанах и затасканном армейском бушлате, подпоя-санном ремнем со звездастой бляхой. На голове бейсболка с засаленным козырь-ком и непонятной надписью GSC. За поясом обрез ижевской вертикалки шест-надцатого калибра. В руках здоровенная хозяйственная сумка из сине-зеленого стеклопластика - в таких в былые времена «челноки» из Китая и Турции шмотки таскали. Гупи молча прошел через зал, мимо столиков с удивленно таращимися на такое диво сталкерами, остановился возле стойки, поставил сумку на пол, проникновенно посмотрел на бармена и тихо поинтересовался:
- Кому здесь можно предложить артефакты?
Услыхав такое, Крыс - а в этот момент за стойкой стоял сам хозяин, - только усмехнулся презрительно. Что может притащить такой доходяга? Копну «Ржа-вых волос»? «Ведьмины слезы»? Пяток разряженных пустышек? Но когда Гупи поставил свой баул на стол и принялся выкладывать из него бирюльки, у Крыса глаза на лоб полезли. А вскоре, почуяв, что происходит что-то необычное, к стойке начали подтягиваться находившиеся в баре сталкеры. А Гупи, между тем, спокойно, будто и не было никого вокруг, выкладывал перед ошалевшим Крысом принесенные бирюльки. Сначала над стойкой, не касаясь ее, повисли два «Райских яблока».
- Это как же он их допер-то, без контейнера? - изумленно произнес один из сталкеров.
А из сумки появились три «Грустных свистка», просто засунутые в презерва-тивы, чтобы не свистели почем зря. Затем - два брикета дум-мумие, каждый размером с кирпич. Горсть «Колец Мебиуса», пяток «Тупых зажигалок», с десяток «Осколков неба» - пара размером почти что с кулак! - один «Глаз дракона» и странный предмет, похожий на полуабстрактную фигурку с плавными линия-ми, напоминающую сидящего в задумчивости человека, будто бы отлитую из материала, похожего на камень, стекло и металл одновременно. До появления в этом баре никому тогда еще неизвестного Гупи таких фигурок существовало всего пять. Его стала шестой. Позже он притащил еще три штуки. Пройдя через многочисленные руки перекупщиков и посредников, одна из фигурок была куп-лена Британским музеем. Вторую приобрел Лувр. Остальные осели в частных коллекциях. Непонятно, по какой причине фигурки эти стали называть «Коро-стелиными богами». Хотя, при чем тут коростель? Что они представляли собой на самом деле, никто объяснить не мог. Ученые сходились лишь в одном - материал, из которого были выполнены «Коростелиные боги», невозможно получить в земных условиях. Фонили фигурки по-черному, поэтому выставляли их под колпаками из толстого освинцованного стекла. Оно и понятно, нахо-дили «Коростелиных богов» только за Ржавым лесом, в зоне действия второго радара, куда не всякий опытный сталкер забредет. Потому что, ежели вовремя оттуда убраться не успеешь и попадешь под психотропное излучение, то этот дятел так по башке шарахнет, что мозги во фрикасе превратятся. Добраться туда без детектора аномалий и специального защитного снаряжения Гупи в первую свою ходку никак не мог. Выходит, нашел другое место. Но молчал о том, сколько его ни расспрашивали.
Но ведь и это было не все!
Под конец Гупи достал из баула закрытую пластиковой крышкой трехлит-ровую банку, а в ней - два гомункулуса!
Тут уж, точно, все рты пораззевали.
А Крыс сразу за тугриками полез - как бы новичок свои бирюльки кому другому не предложил. И, надо сказать, рассчитался он с Гупи по-честному. Большую часть отвалил тугриками, а остальное - оружием и снаряжением.
Хотя потом, когда выпив чашку кофе, Гупи из бара ушел, Крыс, глядя ему вслед, головой покачал сочувственно.
- Удачливый, поганец, да только долго не протянет. Зона особо удачливых-то не любит.
В тот раз не только Крыс, но, пожалуй, и все, кто находился в баре, решили, что новичку просто несказанно повезло. Такое порой случается. Сходит нови-чок в Зону, залезет туда, где никто не бывал, притащит бирюлек дорогих, напь-ется на радостях, покутит во всю душу, а во вторую ходку сгинет без следа. К тому же, даже приодевшись, как подобает, Гупи мало походил на сталкера. Ро-стом он был под два метра, но при этом тощий, как сталинский зэк, с плечами, на вид такими немощными, что странно было, как с них лямки рюкзака не сваливаются. Лицо у Гупи было узкое - кто-то даже пошутил, что у него, мол, только профиль и есть, - с острым подбородком, длинным, крючковатым носом, чуть раскосыми, близко посаженными глазами и большими, будто приклеенны-ми к черепу ушами. А в довершение всего - тоненькая ниточка черных усов на губе. Не сталкер, жизнью тертый, а сутенер средиземноморский. Однако ж, ходил Гупи раз за разом в Зону и возвращался целым и невредимым. А за бирюль-ки, что он приносил, торговцы едва не с ножами друг на друга кидались. Каж-дый знал, любая такая бирюлька, хоть и стоить будет дорого, но окупится втройне. Это как минимум.
Привычки у Гупи были тоже странные. Для сталкера странные. Во-первых, он не курил. Во-вторых, не потреблял спиртного. То есть абсолютно! Ни капли в рот не брал. Даже за компанию. Может, потому и компаний ни с кем не водил. В-третьих, в азартные игры не играл и денежных ставок ни на что не делал.
Впрочем, была у него своя слабость. Гупи жить не мог без кофе. Причем кофе ему требовался настоящий, свежесваренный, а не полуостывшая бурда из тер-моса и, уж ни в коем случае, не растворимый порошок. Поэтому, куда бы ни шел Гупи, у него при себе всегда имелся пакетик молотого кофе и старый жестяной кофейник, который можно было ставить прямо на угли.
Комар не раз предупреждал Гупи:
- Кончай ты эту дребедень, старина! Не доведет она тебя до добра! Когда ты себе кофе варишь, запах по всей Зоне идет!
- Ну и что? - делал вид, что не понимает, о чем речь, Гупи.
- А то, что выследить тебя по нему - плевое дело!
В ответ на это Гупи недоумевающе кривил губы.
- Когда ты куришь, табаком тоже здорово воняет.
- Так то ж табаком. Ты много некурящих сталкеров видел? А кофе на костре ты один себе варишь.
- А кровососу все равно, что кофе, что табак. Почует запах и выйдет на тебя.
- Я что, про кровососов с тобой толкую? - возмущенно бухтел Комар.
- Про кого ж тогда? - удивленно поднимал брови Гупи.
- В Зоне есть тварь пострашнее кровососа, - при этих словах Комар чуть по-нижал голос. - Человеком зовется. И все вокруг знают, что тебе на бирюльки везет, как никому другому.
- Мне не везет, я просто умею искать.
- Да какая разница! Смотри, Гупи, нарвешься на мародеров. А то и из молод-няка кто на твое добро позарится.
- Я буду осторожен, - обещал Комару Гупи.
И он, действительно, был осторожен. Чертовски осторожен.
Но кофе продолжал варить.
То ли, из принципа, то ли, действительно, не мог от него отказаться.
В конце концов, без слабостей - это и не человек даже. А та, что у Гупи, - не самая плохая…
Привстав, Гупи снял крышку с кофейника и помешал закипающий кофе лож-кой. Вырвавшийся из-под крышки горьковатый аромат, сразу перекрыл запах болотной прели с металлическим привкусом, которым тянуло с берега озера.
Где-то вдалеке гулко ухнула ночная птица. Словно в ответ ей завыл, про-тяжно и грустно, так, что душу наизнанку выворачивало, чернобыльский пес.
Гупи довольно улыбнулся, натянул на руку плотную кухарскую рукавицу с золотой рыбкой и снял кофейник с огня. Схрон, в котором он собирался коро-тать эту ночь, был надежным. Почти как сейф, в котором Крыс хранил свои тугрики. Впервые обнаружив это местечко пару лет назад, Гупи с тех пор регу-лярно им пользовался. Схрон находился неподалеку от озера Янтарь, причем в таком удачном месте, что его стороной обходила волна психотропного излуче-ния, накрывающая берега озера всякий раз, когда под его дном начинал рабо-тать радар. Пакостная штука - психотропный радар. Пакостная, потому что непонятная. Мозги вышибает на раз. Гупи доводилось видеть людей, тупо то-пающих по гулким крышам затопленных в озере машин к самому его центру. Зачем? Да кто ж его знает! Назад уже никто не возвращается. Поэтому даже зомби стараются обходить эти места стороной. От грешка, что называется, подальше. Когда-то облюбованный Гупи схрон, был, по всей видимости, входом в систему военных бункеров, переходы между которыми, как говорят

Перейти к файлу

Новинки сайта

Линия огня Формат: txt 0 Добавленно: 13 Apr 2017 Последнее поступление.